Венгрия между двумя войнами. 1919-1944
Первая мировая война1914 год: Быть войне или не быть? В.Н.Виноградов
Первая мировая войнаРумыния: медленный дрейф к Антанте В.Н.Виноградов
Первая мировая войнаРумыния: от союза с Россией к союзу с Центральными державами В.Н.Виноградов
Первая мировая война  
Румыния и первая мировая война  
1914 ГОД: БЫТЬ ВОЙНЕ ИЛИ НЕ БЫТЬ? "Вирибус-Юнитис"

Румыния: медленный дрейф к антанте

Весной и летом 1914 г. один за другим следовали инциденты, взятые по отдельности и не столь значительные, но подливавшие масла в огонь венгеро-румынского раздражения: переговоры мадьяр­ского премьера с Национальной партией румын зашли в тупик; были сняты с постановки и запрещены пьесы «Да будет день!» и «Господин нотариус», автор которых, Октавиан Гога, угодил под суд; в Крайове были арестованы шпионы, засланные соседней и союзной державой. В такой накаленной атмосфере пришла весть о вспыхнувшей вой­не. Коронный совет 24 июля (4 августа) высказался, — против воли короля, — за вооруженное выжидание. На другой день самая распро­страненная газета «Адевэрул» («Правда») приветствовала решение: «Вся страна без различия классов, партий, верований со вздохом душевного облегчения встретила решение Коронного совета...»43. Правда, на другой же день на ее страницах появился традиционный призыв «Долой Австрию!». Но владелец газеты, известный публицист Константин Милле разъяснял, что спешить не следует, а нужно на­браться терпения и ждать 44, — пока не выяснится, когда и на чьей стороне можно выступить беспроигрышно.

Говоря же о македонской проблеме, хотелось бы привести следующее историческое свидетельство. По данным известного французского политолога и специалиста в области межнацио­нальных и межгосударственных отношений Г.Луи-Жарэ, полученным им в ходе неоднократных поездок по региону как до младотурецкой револю­ции, так и в последующие годы, Скопье в эти годы представлял собой «на­стоящий перекресток народов, расположенный в слиянии направлений сербской, болгарской и албанской экспансий. Представляется несомнен­ным, что в настоящее время в данном смысле берет верх последняя. Согласно наблюдениям хорошо осведомленным местным наблюдателям, Ускюб (Скопье. — Авт.) насчитывает около 45000 душ; среди этого числа, количе­ство мусульман — почти все из которых албанцы — можно оценить в 25000, болгар — в 10000 или 15000, сербов — 3000, евреев — 2000 и, если не забы­вать все разнообразие вариантов, которые можно там встретить, необходи­мо еще указать цыган, греков, итальянцев... В его окрестностях же смеше­ние национальностей еще большее: если посетить деревни в долине Ускюба и порасспрашивать местных жителей, обнаружится еще большее разнооб­разие, способное опровергнуть все существующие теории: вот христианская деревня; в ней говорят на албанском диалекте; ее поп — православный и под­чиняется экзарху; если спросить у жителей этой деревни о том, кем они являются, они отвечают, что они болгары. Вот другая деревня: крестьяне являются мусульманами; их язык — славяно-болгарский; их физический тип — албанский, и они называют себя албанцами; рядом другие земле­дельцы также называют себя албанцами, но они в свою очередь православ­ные, зависят от экзархата и говорят по-болгарски» (Louis-Jaray G. EAlbanie inconnue. Librairie Hachette et Cie. Paris, 1913. P. 9—10).