Венгрия между двумя войнами. 1919-1944
Вторая мировая война  
Венгрия и Вторая мировая война (1959)  
Документ №125 Документ №126

VI.Участие Венгрии в агрессии против Югославии

 

Во второй половине 1940 г. Германия обратила свой взор на Балканы, Она считала, что превосходство германской авиации в воздушном пространстве Англии и созданный вокруг нее пояс баз подводных лодок делают германские позиции достаточно сильными, чтобы в период очередной операции на Востоке считать себя гарантированной на случай любых неожиданностей на Западе. В войне же против Советского Союза, тайная подготовка к которой началась уже осенью 1940 г., Балканы были нужны Германии для того, чтобы обеспечить беспрепятственный проход войск, предназначенных для нападения на СССР с юга. Наряду с этим через Балканы шел путь к английским колониям на Ближнем Востоке, захват которых был давней мечтой германских империалистов. Небольшие балканские государства стали объектом ожесточенного германо-итальянского дипломатического и военного наступления. Между двумя фашистскими державами началось соревнование за овладение Балканами.

28 октября 1940 г. Италия совершила военное нападение на Грецию. Продвинувшаяся вначале вперед итальянская армия потерпела затем целый ряд поражений в ущельях между греческими и албанскими горами, и к началу 1941 г. героически сражавшиеся греки отбросили итальянцев на исходные позиции.

Гитлер со злорадством следил за неудачами своего союзника, поскольк} немцам никогда не нравилось стрзмление Муссолини сделать Средиземное море «итальянским озером». Германский империализм имел в отношении этого пространства планы, диаметрально противоречившие итальянским. Провал итальянцев на Балканах повышал шансы немцев. Первым шагом немцев на пути к захвату Балкан было принуждение Румынии, а затем и Болгарии присоединиться к агрессивному Тройствен^ ному пакту. В соответствии с заключенными по этому вопросу соглашениями в обеих странах были размещены германские войска. Затем усилился нажим на Югославию.

Внутриполитическое положение Югославии беспокоило немцев. Правда, правительство Цветковича делало все от него зависящее, для того чтобы рассеять опасения немцев. Но Гитлеру хорошо было известно, что подавляющая часть общественного мнения Югославии противится слишком тесной и односторонней дружбе с Германией. Поэтому начиная с осени 1940 г. германское дипломатическое и военное руководство поставило одной из своих главных задач «внести ясность» в положение в Югославии и принудить ее занять твердую прогерманскую позицию.

Крайнее прогерманское крыло венгерских правящих классов взяло на себя активную роль в заговоре против Югославии. Осенью 1940 г. венгерский генеральный штаб уже был осведомлен о планируемой военной акции против Югославии: начальник германского генерального штаба Галь- дер [136] через германского военного атташе в Будапеште полковника Гюнтера Краппе [137] уведомил начальника венгерского генштаба Хенрика Берта о том, что 1 ермания решила весной 1У41 г. «внести ясность в положение в Югославии». В этом письме перед Бертом был поставлен вопрос: какую позицию заняла бы Венгрия в случае германского нападения на Югославию? Верт выразил полное согласие с намеченной акцией и в порядке подготовки Венгрии к активному вмешательству попросил поставить недостающее оружие и снаряжение венгерской армии.

Однако венгерские правящие круги не были едины в вопросе о военном нападении на Югославию. В противоположность ослепленным прогерманским политикам и венгерскому генеральному штабу премьер-министр Пал Телеки видел опасность, которая грозила Венгрии в результате захвата Югославии — в этом случае Венгрия попадала в кольцо стран, оккупированных немцами. Она потеряла бы и те остатки самостоятельности, которыми еще располагала. После захвата Австрии, расчленения Чехословакии, «ликвидации» польского вопроса, ввода германских войск в Румынию и Болгарию Югославия была единственным «открытым окном» во внешний мир. Телеки стремился установить дружественные отношения с этим еще сравнительно независимым соседом.

Осенью 1940 г. венгерское правительство вступило в переговоры с Юго-славией, в результате которых 12 декабря 1940 г. между двумя странами был заключен договор о вечной дружбе. Хотя договаривающиеся стороны подчеркивали, что отношения между Югославией и Венгрией полностью согласуются с общей политикой держав оси, обе стороны подписывали дого- вор, руководствуясь стремлением найти защиту против превосходящей мощи Германии.

Когда начались переговоры, предшествовавшие заключению этого дого-вора, исход германо-итальянского соперничества на Балканах был далеко еще не ясен. В то время еще можно было себе представить, что Балканы попадут под контроль Италии и что в результате заключения договора между Югославией и Венгрией обе страны окажутся в сфере интересов Италии.

Но и немцы возлагали определенные надежды на югославо-венгерский договор о дружбе. Хотя германский генеральный штаб рассматривал воз-можность агрессии против Югославии, немцы предпочитали сделать Югославию своим вассалом с помощью дипломатических средств. Применение грубой силы гитлеровцы резервировали на крайний случай. Возникновение, конфликта на Балканах могло нарушить ход подготовки войны против Советского Союза. Германское правительство не возражало и в определенной степени даже поощряло сближение между Венгрией, прочно связанной с Германией, и Югославией. Оно рассматривало это как первый шаг в дипломатическом наступлении, имевшем целью полное подчинение Югославии.

Практически Телеки, таким образом, играл на руку Гитлеру, способствуя германскому проникновению в Юго-Восточную Европу. Эта непосле-довательность проистекала из того, что Телеки совершенно не учитывал реального положения Венгрии и соотношения сил на международной арене. Так, например, 3 марта 1941 г. он направил посланникам в Лондоне и Вашингтоне письма с изложением основных черт будущей внешней политики Венгрии (126). В своем проекте он признает, что гитлеровская Германия представляет собой грозную опасность для Венгрии. Он считается также с той возможностью, что немцы могут проиграть войну. Но из всего этого он не делает никаких выводов, кроме того, что ввиду опасности усиления после войны левых течений и национально-освободительной борьбы национальных меньшинств, а также ожидаемого укрепления авторитета Советского Союза венгерское правительство по мере возможности должно оставаться вне конфликта и до конца сохранять вооруженные силы, необходимые для защиты режима. Таким образом, перед его глазами стояла одна- единственная и исключительная задача — обеспечить спасение контрреволюционного режима в период великого международного кризиса.

На рубеже 1940—1941 гг. немцы начинают все более угрожающе выступать против Югославии. Давая понять, что они могут применить грубую силу, немцы потребовали, чтобы югославское правительство присоединилось к Тройственному пакту и предоставило территорию своей страны для прохож-дения войск в порядке подготовки войны с Грецией и СССР. Поражение итальянских войск на Балканах и наступление англичан создавали для немцев угрозу быть отрезанными от румынских нефтяных источников, что могло стать серьезным препятствием для намечавшегося нападения на Советский Союз. Антинародное югославское правительство Цветковича капитулировало перед немцами: 25 марта 1941 г. представители правительства Югославии подписали в Вене договор о присоединении к Тройственному пакту.

Однако в это время произошел решительный поворот во внутрипо-литическом положении Югославии. Началось стихийное народное восстание против прогерманского правительства, в результате чего 27 марта к власти пришло правительство прозападной ориентации. Ряд министров был арестован, а главу государства регента принца Павла заставили отречься.

Германия, разумеется, не бездействовала, наблюдая за югославскими событиями. Генеральный штаб осуществил быстрые подготовительные меро-приятия к тому, чтобы планируемое нападение на Грецию, которое носило кодовое название «Акция Марита», было распространено также и на Югославию. С самого начала было принято в расчет, что вооруженные силы Венгрии примут участие в операции. 27 марта Гитлер направил через венгерского посланника в Берлине Дёме Стояи письмо Хорти, в котором просил пропустить германские войска через территорию Венгрии, а также послать венгерские войска для участия в борьбе против Югославии. В обмен он обещал присоединить к Венгрии все те югославские территории, которые до 1919 г. принадлежали ей.

Большинство членов венгерского правительства согласилось принять участие в нападении на Югославию, и 28 марта Совет министров уже считался с возможностью военной интервенции в самом ближайшем будущем (127). В ответном письме к Гитлеру от 28 марта Хорти сообщил, что Венгрия готова немедленно удовлетворить его просьбу (128). Гитлер с удовлетворением встретил решение венгерского правительства, 29 марта в беседе со Стояи он еще раз повторил свои прежние обещания (129).

Телеки, естественно, знал о согласии, которое Хорти дал в своем письме к Гитлеру, но его точка зрения все же. отличалась от позиции генштаба и большинства членов правительства, настаивавших на безусловной и немед-ленной интервенции. Телеки хотел принять участие в нападении на Югославию лишь в том случае, если бы это не повлекло за собой разрыва дипломатических отношений с западными странами. С целью зондажа позиции западных держав Телеки 30 марта направил послания в Лондон и Вашингтон, в которых подчеркивал: к интервенции Венгрию побуждают не завоевательные цели, а лишь необходимость «защиты» венгерского меньшинства в Югославии; кроме того, события в Югославии показывают, что вследствие стремления национальностей к самостоятельности Югославия полностью распадается на составные части, а следовательно, Венгрия освобождается от договорных обязательств по отношению к уже не существующей Югославии. В подтверждение «аргументов» Телеки в Венгрии были пущены вымышленные слухи об актах жестокого обращения с венграми в Югославии, безосновательность которых признал, правда слишком поздно, сам Телеки. Что касается признаков внутреннего распада единого югославского государства, то в этом случае Повторилась история с активизацией по указке из Берлина нацистской пятой колонны.

Тем временем германский и венгерский генеральные штабы с принци-пиального согласия Хорти начали разработку планов совместного военного выступления. 30 марта по поручению германского генштаба в Будапешт прибыл генерал Паулюс, который договорился с венгерским генштабом о деталях нападения на Югославию (130). В целях получения правитель-ственного одобрения эти соглашения 1 апреля были представлены на рас-смотрение высшего совета обороны. Телеки и на этот раз не высказался кате-горически против нападения на Югославию, он лишь выразил пожелание, чтобы Венгрия включилась в интервенцию с'меньшими силами, чем это было запланировано, и лишь спустя несколько дней после начала германского наступления. Этим он хотел выиграть время, рассчитывая, что успеет поступить ответ западных держав или же что молниеносные действия германской армии в течение нескольких дней покончат с Югославией и Венгрия сможет без объявления войны и активного военного вмешательства оккупировать обещанные Гитлером территории.

2 апреля поступил ответ западных держав. Венгерский посланник в Лондоне Дьёрдь Барца сообщил, что в случае нападения германских войск на Югославию с венгерской территории Англия порвет дипломатические отношения с Венгрией, а если венгерская армия примет участие в акции, то Англия объявит Венгрии войну. Ответ был более серьезный, чем на то рассчитывал Телеки. Он надеялся, что западные державы не сочтут за casus belli интервенцию Венгрии, «принужденную к действию немцами», и, таким образом, Венгрия могла бы выполнить свои договорные обязательства по отношению к Германии без разрыва отношений с западными державами. Теперь такая возможность отпадала. Венгрия вынуждена была недву-смысленно делать выбор между двумя воюющими коалициями. Фашистская политика пересмотра границ, проводившаяся в течение двух десятилетий режимом Хорти, союз с гитлеровской Германией, а также фашистское засилие в венгерском государственном аппарате предрешили характер выбора. Ко всему этому прибавлялся страх, что в случае отказа от сотрудничества в агрессии против Югославии будут поставлены под угрозу прежние территориальные завоевания и, более того, Венгрия сама может подвергнуться германской оккупации. Поэтому подавляющее большинство членов венгерского правительства высказалось за нападение на Югославию, то есть за союз с Германией даже ценой столкновения с западными державами.

Последовавшие события перечеркнули все расчеты Пала Телеки и выяви-ли полную иллюзорность его внешнеполитической концепции. Убедившись в полной невозможности найти выход из создавшегося положения, он в ночь на 3 апреля 1941 г. застрелился. В его смерти нашли символическое выражение бесперспективность и бессмысленность политического курса, который предполагал возможным сохранить самостоятельность Венгрии посредством ряда внутриполитических и внешнеполитических уступок германскому фашизму, неуклонно продолжая при этом антидемократическую и антинарод-ную политику режима Хорти. В предшествовавшие годы Пал Телеки был одним из ответственных венгерских политиков, которые крепко связали судьбу Венгрии с Германией. Он принимал из рук Гитлера территориальные «подарки» весьма сомнительной ценности. Поддаваясь на приманку возможности осуществить пересмотр границ, он не хотел понять, что за это Венгрии придется платить дорогой ценой. Смерть, которая явилась следствием его многолетней, полной внутренних противоречий политики, не может снять с него тяжелую ответственность. В своем прощальном письме (131), адресованном Хорти, Телеки сам признал свою личную вину, так как, хотя и знал, что в обвинениях против Югославии не было ни одного слова правды, он все же дал свое согласие на вооруженное нападение на эту страну.

Смерть Телеки и отрицательный ответ западных держав встревожили некоторых представителей правящих кругов Венгрии. Бесхребетность Хорти ярко проявилась в письме, которое он 3 апреля направил Гитлеру с министром обороны Барта (132). В этом письме ов говорил о «потрясающем» впечатлении, которое вызвало самоубийство Телеки, но он не осмелился пойти против воли Гитлера. Он просит Гитлера учесть критическое положение венгерского правительства и в соответствии с этим «определить задачу, возлагающуюся на наши войска». Трусливо пресмыкаясь, он, таким образом, вновь предложил территорию страны и ее вооруженные силы для использования в целях нападения на Югославию. Вручив письмо, Барта в беседе с Гитлером подчеркнул, что самоубийство Телеки нисколько не отразится на решимости венгерского правительства осуществить нападение на Югославию, но для морального обоснования своего выступления венгерское правительство считало бы необходимым выждать, пока созреют необходимые предпосылки: провозглашение самостоятельной Хорватии, провокации с югославской стороны и т. д. (134). Создать эти предпосылки было делом нетрудным, и они предназначались скорее для венгерского общественного мнения.

3 апреля Хорти направил Муссолини письмо (133), из которого,можно сделать вывод, что венгерское правительство охотно бы взяло свое ранее данное обещание обратно. Путем подчеркивания чрезвычайно тяжелого положения Венгрии Хорти явно хотел добиться того, чтобы Муссолини оказал сдерживающее влияние на Гитлера.

Поскольку германские войска 4 апреля начали проходить через Венгрию по направлению к Югославии, Англия 6 апреля порвала дипломатические отношения с Венгрией (хотя за этим пока не последовало объявления войны). Однако это уже не могло удержать венгерское правительство от вооруженного нападения на Югославию. 10 апреля премьер-министр и министр иностранных дел Ласло Бардоши направил венгерским миссиям в западных и нейтральных странах циркулярную телеграмму, в которой лживо утверждалось, что Венгрия приняла участие в нападении только из-за опасений за судьбу венгров в Югославии (135). В ночь на 11 апреля после того как хорватские агенты немцев Кватерник [138] и Павелич [139] провозгласили 10 апреля «самостоятельность» Хорватии венгерские войска перешли югославскую границу и захватили район Бачка [140], треугольник области Баранья и междуречье в районе реки Мура. Приход венгерских войск в эти районы, несмотря на то что военное сопротивление почти не оказывалось, сопровождался террором против проживавших там лиц югославского и еврейского происхождения, а также массовой их депортацией.

Демократическое мировое общественное мнение с величайшим возмуще-нием встретило сообщение об интервенции Венгрии, единственной целью которой, учитывая быстрое продвижение немцев, был территориальный грабеж.

12 апреля заместитель народного комиссара иностранных дел СССР Вышинский от имени Советского правительства в беседе с венгерским посланником в Москве Криштоффи резко осудил вероломную линию поведения Венгрии, заявив, что на Советский Союз произвело чрезвычайно плохое впечатление то обстоятельство, что Венгрия напала на страну, с которой она несколько месяцев назад заключила договор о вечной дружбе (136).

Это серьезное предупреждение венгерскому правительству опять было оставлено без внимания. Дележ добычи, новые успехи в территориальной экспансии лишь увеличивали алчность венгерского империализма. Для ненасытности венгерских правящих кругов характерно, что они уже начали мечтать о присоединении к Венгрии Фиуме (137). Однако 24 апреля 1941 г., когда йемцы сообщили находившемуся с визитом в Германии Хорти решение относительно раздела югославских территорий, венгерским правящим кругам пришлось с великим разочарованием принять к сведению, что немцы оставляют за собой Банат, который до нападения они обещали Венгрии.

Агрессия против Югославии еще более усилила международную изоля-цию Венгрии и, следовательно, ее внешнеполитическую зависимость от Гер-мании. Учитывая тесную связь нападения на Югославию с намечавшейся войной против Советского Союза, этот шаг через несколько недель повлек за собой вовлечение Венгрии в грабительскую войну против СССР.

Документ №125 Документ №126