Венгрия между двумя войнами. 1919-1944
Миклош Хорти: Мнения  
Элиэзер М. Рабинович: Спасение евреев Будапешта  
7.3. Правление «Скрещенных стрел». Примечания

Элиэзер М. Рабинович

6.2. Оккупация и Холокост в Венгрии

9. Оценка роли Хорти в спасении евреев. Можно ли было сделать больше?

«И на того, кто спасает одну душу в Израиле,
Писание смотрит, как если бы он спасал весь мир».
Талмуд, Трактат «Синедрион», 37А/16.

Дело обстояло так. Была страна под названием Венгрия, которая в определенный период своей истории помешалась на антисемитизме. У нее был парламент, и она демократическим путем привела себя в готовность к страшному преступлению. Ей пришлось вступить в союз с могущественной державой, которая поставила уничтожение людей на промышленную основу. Держава давила на Венгрию, соглашаясь оплатить и взять на себя техническую сторону депортации евреев. Рынок политиков, из которых можно было выбирать премьер-министров, состоял почти сплошь из антисемитов.

И были ТРИ человека, которые твёрдо сказали: Нет. Мы этого делать не будем. Это против характера нашей нации. Против гуманизма. Против чести. Это – самоуничтожение НАШЕЙ нации. Конечно, их было не трое, а гораздо больше, иначе они ничего не смогли бы сделать, но во главе стояли только они. Они не были юдофилами, но веру в Б-га они принимали всерьёз. Они не были святыми, и не всё им удалось: упустили Каменец-Подольск и Сербию. Не смогли оказаться вне войны. Не смогли не послать армию против России на разгром. Будучи врагами антиеврейского законодательства, не смогли его остановить.

Но дух захватывает от того, сколько им все-таки удалось. Венгрия оставалась островом, в котором «в марте 1944г. 95% венгерских евреев и тысячи беженцев из-за рубежа были еще живы» (Дик17). Они не носили желтую звезду и продолжали жить в своих домах с относительным достоинством. Они продолжали доверять своему правительству. Правительство не различало между сельскими («галицианскими» евреями, как говорят некоторые критики) и столичными евреями.

Вы только подумайте, насколько легче был бы им другой курс! Каллаи мог отказаться от назначения, и у Хорти не было твердой необходимости для смещения Бардоши, популярного в кругах Правительственной партии. Премьер хотел уволить Керестеш-Фишера – тот мог принять отставку. Бардоши, конечно, согласился бы на депортацию евреев уже в 1942-43 гг. При этом Хорти мог с возмущением занять позицию датского короля уже тогда и публично уйти от управления. После войны ни одного из троих не судили бы, а Бардоши все равно расстреляли. Евреи бы не выжили.

А 19-го марта 1944 г. Адмирал остался один. Совсем один. И его отстранили от власти. Как легко было бы, в его 77 лет, сыграть дурачка с деменцией и уйти от дел. Те, кто сравнивают его положение с положением датского короля, забывают, что и в Дании депортация не была запрещена, но население тайком увезло на лодках в Швецию около 8 тысяч евреев. Вы можете себе представить подобное в Венгрии без Хорти?

Депортации в Венгии начались в середине мая, а с начала июня Регент требовал их остановки. Было сильное давление извне. Бомбежка Будапешта американцами 2-го июля. Но Эйхман стоял на своем. Стояи и его троица убийц стояли на своем. Регента вежливо выслушивали, но не слушались. Начальник генерального штаба не помогал. Как он ОДИН сделал то, что сделал - нашел верную часть и запретил депортации – уму непостижимо! Слишком поздно? Я хотел бы посмотреть, кто это смог бы сделать иначе и быстрее!

Следующие выводы очевидны. Если бы Регент Хорти не находился на своем посту от 19-го марта до 15-го октября 1944 г., то:

1. Около четверти миллиона евреев Будапешта не дожили бы до 15-го октября. Не было никого в истории Холокоста, кто бы спас такое число евреев;

2. Деятельность дипломатов и праведников (Валленберга и других) в период «Скрещенных стрел» была бы бесполезна – спасать было бы некого;

3. Большинство евреев Будапешта не пережило бы войну.

4. Добавим к этому из более раннего периода: после разгрома весной 1943 г., Хорти и Каллаи отозвали остатки разгромленной армии – около 100 тысяч человек, и Каллаи не дал дополнительных солдат. Бардоши – дал бы, а Стояи начал мобилизацию в момент прихода к власти.

Все ведущие историки согласны. Томас Сэкмистер пишет15,с.389-390:

Если бы Хорти принял совет Каллаи и ушел от дел, его «историческая репутация, возможно, была бы выше, но единственным практическим результатом в Венгрии была бы более быстрая депортация и уничтожение евреев, включая евреев Будапешта. В самом деле, возможно, стоит перефразировать стандартный вопрос о поведении Хорти в 1944, спросив: чего он сумел добиться, несмотря на гигантские препятствия? Хотя он вначале и согласился неохотно с депортацией евреев, как только реальность «Окончательного решения» полностью проникла в его сознание, он действовал сильным и мужественным путем, чтобы защитить евреев Будапешта. Ни один европейский лидер, встретивший подобную дилемму, с таким сильным военным перевесом в пользу Германии, не посмел бросить Гитлеру столь прямой вызов».

«Настолько сильны были пронацистские и антисемитские настроения у чиновничества, среди офицерства и в Парламенте, - продолжает биограф (стр. 400), - что решение Хорти в 1942-ом или 1943-ем согласиться на германские требования о депортации евреев наверняка означало бы уничтожение всей венгеро-еврейской общины. Но Хорти этого не сделал, потому что он верил, что «негуманность чужда венгерскому характеру»… Это было главным образом из-за его влияния, что Венгрия оставалась такой аномалией в начале 1944 г.: остров в сердце гитлеровской Европы, где подобие власти закона и плюралистического общества сохранялось в море варварства». (Жирный шрифт во всем разделе – мой Э.Р.)

Венгерский историк Ласло Карзаи55,с.67 соглашается: «До 1944 г. Хорти и его советники, из моральных и гуманитарных соображений, среди прочих, не выдавали венгерских евреев нацистским массовым убийцам».

Иштван Дик17:

«Миклош Хорти не был ни фашистом, ни диктатором; он не был человеком зла, даже если его нельзя считать и гуманистом. Хотя он объявил себя пожизненным антисемитом, при нем большее число евреев пережило нацистский террор, чем в любой другой стране гитлеровской Европы, кроме Румынии. Он был не мельче и не бестолковее, чем Петэн или Франко, и он наверняка не был столь жесток, как румынский диктатор Йон Антонеску».

И все-таки оценка этого человека самими евреями преимущественно отрицательная. Некоторые, просто не признают факт спасения. «Мой венгерский корреспондент» пишет: «И уверяю Вас, что если Вы думаете, что Хорти помогал евреям, Вы всегда будете в меньшинстве среди евреев, родственники, родители, деды и бабушки которых погибли в газовых камерах, или на Украине, или в Польше…» Жаль, если я останусь в меньшинстве и среди тех евреев, которые, как и мой собеседник, не погибли в газовых камерах, благодаря Хорти…

Наверно, мы удивлены, что евреи были спасены правыми, а не левыми. Возможно, мы в затруднении, как нам оценивать антисемитизм в данных обстоятельствах. Обычно подход прост: социальный антисемитизм может, в своем развитии, стать антисемитизмом убивающим, а здесь мы столкнулись с уникальностью антисемитизма спасающего, и нам как-то от этого неловко. Или: ненависть левых, контролирующих печать, к ярому антикоммунисту.

Миклош Каллаи8,с.452-53 не сомневается в том, что Хорти сделал всё, что мог:

«Так почему же он не вмешался раньше? Только потому, и я уверен в этом, что у него не было власти. Разве не сопротивлялся он первым, мягким, антиеврейским законам и не смягчал их, как только мог?» Он «даже порой прятал преследуемых, как любой достойный человек делал в те дни. Но вопрос уже был не об индивидуальных случаях, а о миллионе мужчин и женщин и, более того, о чести нации...»

Мы видим, что Хорти – «вечно живой» в современной венгерской жизни. История, казалось бы, не имеет сослагательного наклонения, но историки Венгрии очень любят это грамматическое упражнение, и немало публикаций посвящено вопросу: могли ли выжить венгерские евреи - те, что не выжили. Странно, что и ведущие историки занимаются таким упражнением. Мы только что прочитали у Рэндольфа Брэма подробный отчет о том, как Хорти спас евреев, и Брэм справедливо упрекает еврейских лидеров в недостаточно быстром обращении к Регенту. И вдруг мы читаем, что решением не уходить в отставку14,с.92:

«а) он придал легитимность оккупации и поставил весь венгерский государственный аппарат на службу немцев;

б) он успокоил венгерские массы,… гарантировал непрерывность военного производства и вызвал дух Квислинга (норвежского лидера военного времени, ставшего символом предательства – Э.Р.) в стране;

в) он внес вклад, пусть непрямой, в совершение тех самых преступлений, которые, как он опасался, совершат «Скрещенные стрелы в случае его отсутствия».

Необоснованность этих обвинений очевидна. Ласло Карзаи55, казалось бы, возражает Брэму:

«Возникает вопрос: замедлила бы отставка Хорти в качестве протеста против оккупации скорость процесса удаления евреев? Если бы это произошло, немцы, скорее всего, поставили бы Белу Имрéди в качестве премьер-министра, и даже представить себе невозможно, чтобы тот в какое-то время остановил депортации. Если бы Хорти ушел в отставку, Венгрия осталась бы без политической силы, способной остановить депортации...»

И вдруг Карзаи продолжает с неожиданным утверждением: «Однако, когда Хорти остался,… евреи оказались в более смертельном и опасном положении, чем после того, как «Скрещенные стрелы» захватили власть 15-го октября 1944 г.»

Это как поговорка: «Во-первых, я не брала, во-вторых, я положила»? То есть, Хорти спас евреев Будапешта, так? Дотянул их до момента, когда Освенцим перестал функционировать? Как же они оказались в более опасном положении, когда у «Скрещенных стрел» и Эйхмана уже не было средств для массового уничтожения?

В рецензии на книгу Брэма Иштван Дик[72] пишет, что венгерские евреи могли бы выжить, если бы Хорти и Каллаи следовали примеру румын и показывали больше внешнего энтузиазма в отношении нацистов. К мнению Дика присоединяется и Питер Кенез68. То есть, больше Квислинга, а не меньше? Больше солдат на Восточном фронте, а не меньше? В более поздней статье17,с.155 Дик соглашается с мнением Хорти, что вся еврейская община была бы уничтожена, если бы Венгрия сопротивлялась вторжению: «Евреям в провинции было негде спрятаться и, в любом случае, они не верили, что они были в такой опасности». При попытке восстания «евреи в массе не поддержали бы борцов».

Это поразительно, что уважаемые историки толкуют историю в духе, противоположном фактам, которые они сами рассказали несколько страниц назад, для того, чтобы читатель не оценил гигантского подвига по спасению евреев. К каким еще лидерам применяются такие критерии? Где обсуждается вопрос о том, как пошла бы война, если бы высадка союзников была на Балканах, а не в Нормандии? Кто осуждает Рузвельта и Черчилля за требование о безоговорочной капитуляции, которое, возможно, продлило войну на год и стоило около миллиона жизней?

Кажется, в Венгрии сейчас пишется отдельная «еврейская», левая, и «христианская», правая, истории. Левый блок ведет в США профессор Ева Бэлог[73]. В стране приближаются выборы, и можно подумать, что Хорти - основная тема выборов. К 70-й годовщине немецкой оккупации 19-го марта 1944 г. правительство Виктора Орбана намерено установить памятник этому событию – странное намерение по отношению ко дню национального унижения. Памятник показывает Венгрию как бессильного архангела Гавриила, которого атакует хищный германский орел.

Д-р Бэлог выступила с серией статей, утверждающих, что «19-го марта» попросту не было: не было потери Венгрией независимости, не было «т.н. оккупации, которая, конечно, не может быть названа оккупацией в принятом смысле слова. А было то, что лучше описать как передвижение войск внутри территорий военных союзников» (статья от 10 января 2014). Она утверждает, что все было сделано с согласия Хорти, что он своей волей сменил правительство и назначил министров, которые и провели депортацию. Это полная дезинформация, которая, к сожалению, находит сторонников среди читателей её интернетовского журнала в США и Венгрии.

Миклош Хорти не был идеальным правителем, но я думаю, что настанет день, когда Венгрия признает его одним из своих великих людей. Главное в его величии – спасение четверти миллиона евреев. Будет жаль, если венгерские евреи не встанут плечом к плечу с венграми и не используют имя Хорти для исторического примирения.

10. Заключение. Экскурсия по еврейскому кварталу Будапешта

Вот к каким размышлениям привели меня виды от «Ботинок» на Дунай, на Цепной мост, Королевский дворец и дворец Шандора… 30-го сентября (2013) мы были на экскурсии по району центральной синагоги на ул. Догани[74], кладбищу, музею, бывшему гетто. Сейчас в Венгрии осталось от 50 до 150 тысяч евреев38. Смешанные браки доходят до 60%. Только 12871 человек объявили иудаизм своей религией во время переписи 2001 г. Хорошо организовано еврейское образование. Будапештская Теологическая семинария (Университет для Еврейского образования[75]) была основана в 1877 г., закрыта только на время немецкой оккупации, но возобновила работу еще до капитуляции Германии. Она остается самым старым в мире заведением, выпускающим дипломированных раввинов. Семинария была единственным учреждением такого рода в коммунистическом мире, и раввины для Советского Союза тоже готовились здесь. В Парламенте есть правая партия «Джоббик», которую евреи считают антисемитской, хотя сама партия это отрицает. Однако подробное рассмотрение сегодняшней еврейской жизни выходит за пределы этой статьи.

Синагога, построенная в 1859 г., на три тысячи сидений – самая большая в Европе. В ней молится неологическая община – это близко к американской консервативной ветви, но женщины сидят отдельно от мужчин. Синагога обладает 28-ю свитками Торы. Почему так много? Гид говорит, что после распада Австро-Венгрии много еврейских местечек исчезло мирным путем, и свитки были переданы в Будапешт. А затем – из общин, погибших во время Холокоста. Спрашиваю: «Как же свитки сохранились во время войны?» «Христиане спрятали». «И все отдали?» «Конечно». Операционные расходы общины оплачиваются правительством из специального налога.

Начиная с 1990 г., актер Тони Кёртис (родившийся Бернардом Шварцем в Нью-Йорке от венгеро-еврейских родителей) и его дочь Джеми Ли начали оплачивать восстановление и перестройку Центральной синагоги. В 1998 г. Кёртисы основали фонд по поддержанию еврейской культуры в Венгрии. Ими же оплачен и мемориальный дворик Валленберга позади синагоги. Перед нами «плакучая ива» - как бы перевернутый разбитый семисвечник, символизирующий погасшую жизнь, с 10 тысячами листиков, на которых написаны имена убитых в этом месте. Или не написаны, если неизвестны. Отдельный памятник этим неизвестным, с надписью: «Больше никогда!» В городе есть памятники Лутцу и Перласке. Нигде нет признания роли Хорти.

Благодарности

Я благодарю профессоров Иштвана Дика, Питера Кенеза, Пола Холландера и Зане Ривса за помощь, переписку, советы. Я в большом долгу перед Стивеном Кольманом, автором замечательной книги воспоминаний, который много и щедро отвечал на мои вопросы. Я благодарю «моего венгерского корреспондента».

Спасибо Лене Осташевской за чтение и советы.

Моя жена Геся проявила бесконечное терпение в течение нескольких месяцев, когда я преимущественно «жил» в этой теме, и я благодарен ей за чтение и замечания.

Синагога на ул. Догани – самая большая в Европе: 3000 сидений и 3000 стоячих мест. Справа – кладбище расстрелянных около синагоги

Памятники в Мемориальном дворике имени Валленберга позади синагоги

Вверху: «плакучая ива» в виде разбитого перевернутого семисвечника с 10-ю тысячами листочков; скульптор – Имре Варга. Справа – деталь: листья, на которых написаны имена; пустые листики символизируют тех, чьи имена неизвестны. Внизу: общий памятник тем, чьи имена неизвестны. Надпись по-венгерски и по-английски: «Больше никогда!»

 
7.3. Правление «Скрещенных стрел». Примечания