Венгрия между двумя войнами. 1919-1944

Миклош Хорти
Б.Й.Желицки: "Миклош Хорти"  
9.Вопрос о преемнике Хорти 11.Гитлеровская оккупация Венгрии

10.ХОРТИСТСКАЯ ПОЛИТИКА ЛАВИРОВАНИЯ В 1942-1943 гг.

 М. Каллаи, ставший премьер-министром в марте 1942 г., пользуясь полным доверием регента, стал активно проводить курс на выход из войны, используя политику "осторожного лавирования". Правда, в условиях гитлеровского окружения он имел весьма ограниченные возможности для реализации избранной им тактики. Показательна в этом отношении характеристика тогдашнего поведения Хорти и хортистов, данная директором информационного агентства Германии в октябре 1942 г.: "Венгрия создает лишь видимость своего участия в войне. Она не готова жертвовать ничем... венгерскую политику периода воины характеризует сплошное лавирование ". Наиболее зримые черты эта политика приобрела после поражения 2-й венгерской армии под Воронежем в январе 1943 г.

Поиски путей выхода из войны премьер Каллаи с согласия Хорти начал, однако, задолго до этого. По мнению многих историков, между Хорти и Каллаи существовала договоренность о том, чтобы Венгрия, формально не нарушая связи с гитлеровской Германией, начала искать контакты с западными союзниками СССР в целях заключения сепаратного мира. При этом Хорти как бы оставался в стороне, деталями он не занимался, но целиком поддерживал устремления своего премьера30. Каллаи не имел возможностей для установления прямых связей со странами антигитлеровской коалиции и поэтому прибегал к содействию посредников - дипломатов и журналистов, работавших в нейтральных странах. Такие шаги были предприняты еще летом 1942 г. через Турцию, Швейцарию и Швецию с целью выяснения готовности англичан и американцев приступить к конкретным переговорам. Вплоть до осени 1943 г. ответы были отрицательными. Хотя правительство Великобритании еще в начале 1943 г. признавало, что "Венгрии, больше чем остальным юго-восточным сателлитам, удалось сохранить свою независимость" и что в стране имеется "относительно сильная демократическая оппозиция", оно отвергало венгерские попытки сближения. Англичане заявили, что "до тех пор, пока Венгрия будет воевать против союзников и поддерживать державы "оси", она не может рассчитывать ни на симпатию, ни на пощаду"31. Задача по поиску путей выхода из войны оказалась сложной. Контакты с Лондоном, однако, продолжались, и, по словам Хорти, "потребовалось больше года, пока они достигли уровня нормальных переговоров", тогда как переговоры с американцами не давали ожидаемых результатов "ввиду политики Рузвельта в отношении Сталина"32.

Разгром гитлеровцев под Сталинградом являл собой яркий пример, иллюстрирующий неизбежность поражения Германии и ее союзников. К концу 1942 г. Красная Армия почти полностью уничтожила находившиеся на советском фронте итальянские и румынские войска. К началу 1943 г. сохранилась лишь 2-я венгерская армия, занимавшая линию фронта протяженностью 210 км на Дону, южнее Воронежа. В середине января 1943 г. она использовалась вермахтом для прикрытия отступления и в итоге вместе со своей штаб-квартирой в деревне Алексеевка была окружена и полностью разбита33. Потери венгерской армии (убитые, тяжелораненые, пленные) иностранные обозреватели оценивали тогда в 100—140 тыс. человек34. Остатки армии - по разным подсчетам от 20 до 60 тыс. человек - были частично возвращены на родину, а частично использовались на Украине в качестве оккупационных сил и на охране железнодорожного транспорта в Польше35.

Здесь небезынтересно привести выдержку из письма лидера венгерской комму-нистической эмиграции в Москве М. Ракоши Д.З. Мануильскому от 3 августа 1943 г., где он, оценивая отношение пленных венгерских офицеров к Хорти и его политике, писал, что "подавляющее большинство офицеров-военнопленных, а кадровые офицеры все без исключения" считают регента противником немцев, политиком, пытающимся вывести страну из войны. "По их словам, Хорти является противником немцев, - писал Ракоши. - Они убрали его сына, и сам Хорти лишь под германским давлением вступил в войну, а сейчас пытается выйти из нее. Впрочем, такое мнение распространено не только в офицерской среде, но и среди солдат. По имеющимся сведениям, поступающим от попавших в плен коммунистов, такое мнение можно услышать на каждом шагу по всей стране". Далее следовало непривычное для коммунистического руководителя признание: "Эти взгляды подтверждаются фактами. Хорти, в частности, предоставил Гитлеру гораздо меньше солдат, чем Антонеску; он в меньшей степени жертвует экономической и внутриполитической независимостью страны, чем румыны, хотя Венгрия в отличие от Румынии непосредственно граничит с Германией. Мы также считаем возможным, что венгерские правящие классы во главе с Хорти действительно порвут с Гитлером и в какой-то форме смогут выступить против него с тем, чтобы перейти на сторону союзников"36.

Гибель венгерской армии под Воронежем имела катастрофические последствия для страны, но вместе с тем активизировала шаги к выходу из войны. Весной 1943 г. Хорти и Каллаи предприняли несколько попыток в этом направлении. В марте в качестве дипкурьера в Стокгольм отправился заместитель заведующего политотдела министерства иностранных дел Венгрии А. Сегеди-Масак. Там состоялась его встреча с представителями Великобритании. Венгерский дипломат тогда пояснил, что до появления на континенте англосаксонских войск "у Венгрии нет другого выбора, как только оставаться в лагере держав "оси" и сохранять свою относительную свободу", ибо только так можно избежать полной германской оккупации страны37. Группа пат-риотических, не скомпрометировавших себя политиков, объединенных вокруг Бет-лена, в начале апреля в Швейцарии через бывшего посла Венгрии в Лондоне Д. Барца установила связи с тамошним английским послом. В Турции также были налажены контакты с английским правительством и выражено намерение: в случае высадки западных союзников на Балканах "продвижению англо-американских сил по Венгрии" не будет оказано противодействие и в их распоряжение будут отданы все венгерские ресурсы38.

В меморандуме этих политических деятелей выражалась надежда на победу англо-американских сил и подтверждалось стремление содействовать им в меру возможностей страны. Цель состояла в том, чтобы "избежать германской оккупации, ограбления ее территории, помешать арестам и уничтожению лучших сил патриотов". Подчеркивалось также, что страна "не желает погромов, не выдаст (гитлеровцам. -Б.Ж.) социалистов и беженцев"39.

Хорти и Каллаи наряду с этими шагами рискнули совершить из ряда вон выходящий поступок, невиданный в стане союзников Гитлера. Правительство официально отвергло германское предложение, адресованное венгерским органам внутренних дел, о необходимости депортации евреев в Германию, ограничило вербовку в СС в стране и отказалось от предложенного совместного вторжения в Сербию.

Все это не могло не вызвать недовольства фюрера, в канцелярию которого весной 1943 г. поступало немало информации о действиях хортистского правительства. В марте 1943 г. Риббентроп для изучения ситуации в Венгрии направил туда брига-дефюрера СС Э. Везенмайера. Тот еще не успел подготовить свой отчет, когда Гитлер решил пригласить к себе Хорти, чтобы выразить ему свое недовольство и в очередной раз оказать на него давление. Характерно, что политика Хорти вызвала осуждение в стане союзников Гитлера. Радио Братиславы, в частности, так расценивало действия хортистской Венгрии: "Когда весной 1942 г. к власти пришло правительство Каллаи, в венгерской политике наступил перелом, ибо оно сделало все, чтобы саботировать наши военные усилия... В результате саботажа был нанесен большой ущерб нашему общему делу по ведению войны. Гитлер неоднократно указывал на саботаж правительства Каллаи, однако все его упреки оказывались тщетными. В марте 1943 г., когда акты саботажа участились, фюрер снова пригласил Хорти на совещание. Фюрер представил вещественные доказательства того, что правительство Каллаи ведет переговоры с врагами!40.

Гитлер пригласил Хорти в Зальцбург на 16 апреля 1943 г. без обозначения повестки дня встречи. На переговорах в замке Клесхейм присутствовали Гитлер, Риббентроп и Хорти. Премьера Каллаи специально не пригласили, так как фюрер намеревался добиться от Хорти его отставки. Несмотря на "жесткое" давление фюрера, Хорти заступился за своего премьера. Выслушав обвинения Гитлера и «документаль-ные доказательства» Риббентропа о том, что венгры не верят в победу, ведут переговоры с Западом, "колеблются и преклоняются перед врагом"41, Хорти заявил, что премьер Каллаи пользуется его полным доверием и он не видит причин для его отстранения.

После этого Хорти выразил свои ответные претензии фюреру, доказывая, что Венгрия в меру своих экономических и военных возможностей принимает участие в войне, но после разгрома ее плохо оснащенной армии под Воронежем она больше "не может брать на себя дальнейшие военные обязательства", и он считает, что "венгерские войска должны быть использованы только в пределах исторических границ страны"42.

Проблема депортации евреев из Венгрии стала одним из главных вопросов этой встречи. Гитлер резко критиковал венгерское правительство за невыполнение его требований. Отвечая на эти претензии фюрера, Хорти ответил, что влияние евреев в стране регламентируется законами и "Венгрия считает вопрос о евреях своим внутренним делом и неуклонно стремится решить эту проблему собственными методами"43. Он, в частности, сказал, что идет процесс "удаления евреев с ключевых позиций" в экономике с тем, чтобы исключить возможность серьезного саботажа в сфере про-мышленности. В то же время он отклонил предложение обязать евреев носить особые отличительные знаки, равно как и выселить их из страны. Свой отказ Хорти мотивировал "невозможностью проведения ныне новых законодательных актов, а также отсутствием технических средств" для реализации данного предложения44. Подобные объяснения Хорти явно не удовлетворили Гитлера, а Риббентроп потребовал "уничтожить евреев либо отправить их в концлагеря"45. Хорти понимал, что ему явно не удалось убедить нацистских лидеров в своей правоте, но он продолжал придерживаться своей точки зрения в этом вопросе.

Переговоры, прошедшие в довольно мрачной атмосфере, привели к тому, что Гитлер и Хорти не смогли договориться даже о едином тексте коммюнике. И хотя Хорти пытался успокоить Гитлера, на практике все же отказался от выполнения данных ему обещаний.

Гитлеровское руководство осталось недовольно позицией венгерского правительства и самого Хорти, которые в то время "балансировали над пропастью"46. Характеризуя позицию Хорти на переговорах, Риббентроп в телеграмме германскому послу в Будапеште писал: "Позиция Хорти неблагоприятна. Он явно не желает расстаться с Каллаи, а это говорит о том, что правитель целиком и полностью одобряет пораженческое, отличающееся от позиций держав "оси" направление политики своего премьер-министра"47.

Осенью 1943 г. после Курской битвы в Венгрии стали быстро расти антигерманские настроения. Побывавший в октябре 1943 г. в Венгрии корреспондент английской газеты "Манчестер гардиан" опубликовал статью, в которой отмечалось, что венгры всех слоев общества открыто стали выражать свою "антипатию" к гитлеровцам. Даже в самых высоких правительственных кругах, отмечал он, без всякого стеснения говорят об опасности, угрожающей Венгрии со стороны Германии. Хорти и его окружение всячески стремились избежать именно нацистской оккупации страны, которой хортистам до сих пор благодаря умелому лавированию и политическим маневрам удавалось избежать. "Венгры предвидят возможность вторжения немцев ' для установления военного контроля над стратегическими железнодорожными путями Венгрии, для использования людских ресурсов страны и для присвоения ее запасов ценных материалов, которые еще велики", - заключал корреспондент в своем анализе венгерской ситуации. Согласно почерпнутым им в Будапеште сведениям, "Венгрия дала приют не только тысячам поляков, но и многим тысячам французов, а также нескольким сотням английских подданных, бежавших из Германии. Немецкая оккупация уготовила бы ужасную участь всем этим беженцам, не говоря уже о евреях, которых насчитывается около 1 миллиона. Видя репрессивные меры, принятые немцами в Северной Италии ... евреи Будапешта стали просить правительство избегать всего, что могло бы спровоцировать немцев"48.

Гитлер, не добившись уступок от Хорти, решил изменить тактику, сыграть на самолюбии регента и привлечь его на свою сторону. С этой целью в связи с 75-летием Хорти он подарил ему яхту. Поблагодарив фюрера за подарок и поздравление, Хорти тем не менее просил возвратить на родину остатки венгерских войск, мотивируя это тем, что Венгрия "не может обходиться без этих частей для защиты своих границ"49. Этой идеей было проникнуто и повторное письмо Хорти к Гитлеру от 12 февраля 1944 г.50 Разумеется, надежды на то, что ему удастся убедить фюрера, были тщетными. Хорти напрасно ждал ответа от Гитлера.

Спустя несколько недель, 15 марта 1944 г., германский посол в Будапеште Ягов попросил аудиенции у главы венгерского государства и передал ему извинения фюрера за задержку с ответом. Ссылаясь на его занятость, он заявил, что Гитлер предлагает снова лично встретиться с Хорти в Клесхейме для обсуждения проблемы возвращения венгерских войск на родину.

9.Вопрос о преемнике Хорти 11.Гитлеровская оккупация Венгрии