Венгрия между двумя войнами. 1919-1944
Вторая мировая война  
Венгрия и Вторая мировая война (1959)  
Документ №82 Документ №84

83.

Берлин, 16 января 1939 г.

ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ МЕЖДУ ГИТЛЕРОМ И ЧАКИ

Беседа Гитлера с Чаки 16 января 1939г.

Беседа между фюрером и министром иностранных дел Венгрии графом Чаки. 16 января 1939 г. 17—18 час.

Присутствовали: фюрер, гр. Чаки,имперский министр иностранных дел, венгерский посланник, посланник фон Эрдмансдорф.

Граф Чаки передает привет от регента, который поручил сказать фюреру: до тех пор пока он стоит во главе Венгрии, Германия может рассчитывать на Венгрию как на самого преданного друга. Это заявление является главной целью его сегодняшнего визита.

Фюрер выражает благодарность и затем продолжает, что, к сожалению, взаимоотношения между Венгрией и Германией омрачены такими явлениями, с которыми трудно примириться такой великой державе, как Германия. Он не может согласиться с тем, что Германия нанесла какой-либо ущерб Венгрии.

Наоборот, по его мнению, именно Германия обеспечила Венгрии возможность осуществить первый пересмотр своих границ. Это потребовало1 от Германии большого количества людей и расходования миллиардных сумм, причем она шла при этом на большой риск. Когда после этого он прочитал, что «из-за вероломства Германии Венгрия была лишена возможности осуществить свои законные требования»2 , то это оказалось для него не только непостижимым, но, что гораздо важнее, вызвало в германском народе чувство горечи и сознание того, что по отношению к нему была проявлена черная неблагодарность; это не нашло слишком большого отражения в дисциплинированной печати Германии, однако невозможно помешать немецкому народу узнать о том, что проповедуется в печати, листовках и речах руководящих политических деятелей Венгрии. Нелегко возместить ущерб, вызванный этим. Он не один раз задумывался над тем, не следовАло бы показать всему миру истинное положение вещей, что, конечно, явилось бы для венгерского правительства весьма неприятным.

Иштван Чаки и Риббентроп. 17 января 1939г.

Затем фюрер сделал обзор развития положения в Венгрии вплоть до сентябрьских решений.3 Он заявил, что всегда считал Каня врагом Германии. Когда он совещался с Хорти — во время его визита — относительно герма-но-венгерского сотрудничества, Каня не постеснялся в Бледе оказать помощь Малой Антанте снова стать на ноги, и все это во вред Германии.4 Поэтому в решающий момент он пригласил к себе Имреди и Чаки и уговаривал их, чтобы они в своих собственных интересах разъяснили всему миру требования Венгрии. Когда затем начали развертываться события, Польша активизировалась. А Венгрия все проспала, ограничившись лишь несколькими незначительными шагами. Германия вовсе не намерена жертвовать собой ради таких друзей, которые в решающий момент отказываются пойти на помощь. Она получила хороший урок в этом отношении во время мировой войны и не забывает его.

Если бы в то время Венгрия избрала правильный путь и в своей печати освещала бы вопрос не с этнографической, а с территориальной точки зрения, то есть рассматривала всю проблему, исходя из территориального принципа, то ему, фюреру, не пришлось бы ввязываться в спор с Чемберленом. При коренном решении вопроса, что было бы для него куда более приемлемым, ему было бы безразлично, что произойдет к востоку от Карпат. Однако Венгрия считала, что в отношении Германии должен применяться этнографический принцип, а свои собственные требования она начала основывать на территориальном принципе. Позиция графа Бетлена возмутительна, и фюрер хотел бы открыть глаза венгерскому народу на реальный ход событий.

Венгры представили министерству иностранных дел' Германской империи карту и попросили его вступить в переговоры, действуя в. интересах венгерской стороны. Фюрер не навязывался со своими услугами, более того, это дело было крайне неприятным для него. Все же он вступил в переговоры с чехами, и венгерские требования на 95—98% были осуществлены. Венгрия тогда была удовлетворена. Наконец, фюрер вынужден был вести переговоры в то время, когда применение военных мер было нежелательным. Что означают в каждом конкретном случае мероприятия военного характера, могут судить те, кто несет за них ответственность и кто не принадлежит к категории невежественных, базарных политиканов. Он в любой момент готов доказать венгерскому народу, насколько был лоялен по отношению к нему. Утверждения, что мы были против прежней венгеро-польской границы, «вздорны». В Венгрии сейчас много говорят о великой, тысячелетней империи святого Иштвана. Но в противовес этим венгерским требованиям он будет стремится к осуществлению требований Великой Германской империи.5 Если бы Венгрия своевременно выступила вместе с ним, то он мог бы посмеяться в лицо Чемберлену. Он будет рад, если венгерская печать прекратит свои лживые выпады; если это не случится, то в один прекрасный день он вынужден будет поставить венгров на место.

Граф Чаки ответил, что, по его убеждению, громадное большинство венгерского народа питает к Германии чувство искренней дружбы. Он добавил, что в период кризиса венгерский народ был серьезно озабочен, ибо в военном отношении Венгрия чрезвычайно слаба. Чехословакия расположила свои самые боеспособные части у венгерской границы, так как предполагала, что немцы вторгнутся в страну через Венгрию. Цели бы венгры начали наступление, то чехи перемололи бы их. Фюрер назвал это соображение нелепым. На чешской границе было сосредоточено 42 германские дивизии, которые во взаимодействии с отлично подготовленными воздушными силами за 8 дней разгромили бы Чехословакию. В то время вся проблема состояла в том, как следует решать вопрос — на основе этнографического или территориального принципа.6 В конечном счете все дело следовало бы изобразить так, что оно угрожает военным пожаром всей Центральной Европе. Но если вопрос уже решен на основе этнографического принципа,.а Англия и Фран-ция начали играть с идеей гарантии, то всю эту проблему неизбежно следует вновь йоднять. А каковы, собственно говоря, были намерения Венгрии в декабре?6 Чехословакия значительно превосходила Венгрию в военном отношении и в течение нескольких дней могла бы захватить Будапешт. Германия вынуждена была бы вмешаться. С военной точки зрения это было неслыханным легкомыслием со стороны Венгрии. Венское арбитражное решение рассматривалось как частичное разрешение этнографического вопроса. Фюрер просил Муссолини представлять в Мюнхене интересы Венгрии и Польши, что он и сделал. Если бы Венгрия решилась выступить в надлежащее время, то решения были бы совсем иными. Из беседы с Понсэ [115] ему стало ясно, что в том случае, если бы эта проблема была вновь поставлена в декабре, западным державам пришлось бы занять совсем другую позицию.

Граф Чаки ответил, что венгры выполнят на все сто процентов основные требования Германии. Венгрия хорошо понимает, что без Германии ничего не добьешься; сама по себе она никогда бы не одолела своих врагов. Сентябрьские решения вызвали в Венгрии подлинную революцию в умах. Венгрия, которая постоянно испытывала давление Малой Антанты, теперь почувствовала, что оковы сброшены, что она обрела свободу. Это был исторический поворот в истории Венгрии.

Фюрер: Теперь следует смотреть в будущее. Больших успехов можно добиться лишь путем взаимного согласования действий. Каждая сторона имеет свои собственные интересы. Германия достаточно разумна и, придерживаясь широких взглядов, готова предоставить каждому свою долю. Если его требования, касающиеся воссоединения немцев, будут удовлетворены, то он не будет стремиться к войне. А если дело дойдет до войны, то Муссолини будет фанатично его поддерживать. Он и Муссолини пришли к выводу, что в настоящее время им необходим мир на несколько лет, для того чтобы осуществить свои замыслы. «Плечом к плечу» — вот каким должен быть лозунг будущего. Существуют территории, которые вообще не интересуют Германию.

То, чего они добились, является невиданным. «Полагаете ли вы,— сказал он,— что я мог пол года назад считать возможным, что Чехословакия будет мне преподнесена на блюдечке ее друзьями? Я не верил, что Англия и Франция развяжут войну, но я был убежден, что Чехословакию придется ликвидировать военным путем. То, что произошло, случается в истории лишь раз. Мы можем от всего сердца поздравить друг друга».

Если необходимо отступить от этнографического принципа и принять территориальный, то это можно сделать лишь нашими совместными силами. Следует стремиться к разрешению вопроса на территориально-политической основе, и в этом должны принять участие как Польша, так и Венгрия. Необходимо найти гениальное решение, тщательно продуманное с точки зрения выбора момента, которое потребовало бы наименьшего напряжения сил (между прочим, он пришел к выводу, что в период между октябрем и мартом в Европе вообще невозможно осуществлять мероприятия военного характера). Затем фюрер говорил о трудностях и возможностях, связанных с военными мероприятиями, и пришел к окончательному выводу, что сначала надо все тщательно подготовить, а затем молниеносно осуществить. Ибо если выработка политических мероприятий затягивается, то возникает опасность вмешательства и могут открыться неограниченные возможности, для того чтобы затруднить принятие решения. Множество примеров этого легко найти в западных демократиях.

Ч а к и: Мы в конце концов находимся у себя дома — в Дунайском бассейне, и Запад не осмелится больше покушаться на нас.

Ф ю р е р:. Я думаю, что мы можем не беспокоиться, налицо предпосылки к успеху, разумеется только в том случае, если действия будут согласованы. Мы должны! дружно выступать, как футбольная команда. Польша, Венгрия и Германия! Экономно расходовать силы, насколько это возможно, избегая кризисов и с молниеносной быстротой.8

Ч а к и: Будущее за центральноевропейскими державами.

Фюрер подтверждает это и высказывает предположение, что в будущем такого рода проблемы удастся решать без кровопролития. Его укрепления на западной границе способны удержать западные державы от военного вмешательства.

Ч а к и: Венгрия нуждается в покое. Необходимо осуществить коренные преобразования. Ее экономическая жизнь испытала большие потрясения. Включение в жизнь страны вновь обретенных территорий нешуточное дело. Венгры включили в свою программу новый аграрный закон, новый закон об обороне страны и закон о новой системе налогообложения; кроме того, намечено осуществить «бешеное» вооружение. Со своей стороны он стремится установить хорошие отношения с Югославией, а также и с Румынией. Он хорошо знает румынского министра иностранных дел и в сотрудничестве с ним надеется многого добиться.

Фюрер придерживается мнения, что Югославия и Румыния ничего не предпримут против Венгрии, если за ней будет стоять Германия. Опасность грозит со стороны Запада. Наши враги — западный образ мышления и еврейские козни. На Западе знают, что большевизм не сможет распространяться до тех пор, пока существует Германия. Они знают, что там, где выступит большевизм, вмешается Германия. И все же своих соседей мы должны рассматривать прежде всего не как врагов, а как договаривающиеся стороны в экономическом обмене.

Ч а к и: Каждая великая держава имеет право наводить порядок.

Фюрер: Когда „я говорю о Герйании, то, естественно, имею в виду и Италию, а если я говорю о самом себе, то подразумеваю и Муссолини. Это понимает весь мир.

Чаки заявляет, что не верит, что на нас могут напасть.

Фюрер: Если Венгрия установит более тесные отношения с осью, то наш союз будет насчитывать в своих рядах 135 млн. человек. Если добавить весьма могущественную Японию, то мы можем уже говорить о 245 млн. человек. Из них 135 млн. живут на компактной территории и их военная мощь может рассматриваться как величайшая военная сила в мире, не говоря уж об их духовном могуществе.

Затем фюрер спросил Чаки, какова его позиция в отношении Лиги Наций.

Чаки ответил, что окончательно решил выйти из нее в мае.

Фюрер довольно пространно излагает вопрос о Лиге Наций. Между прочим, он заявил, что каждое государство, вступающее в Лигу Наций, поддерживает такой институт, который может быть повернут против него самого. Он упомянул далее, что в Лиге Наций ведутся переговоры, например, о разоружении, которые представляют опасность для нас. В Лиге Наций всегда действовал принцип равноправия голосов. Поскольку большинство государств находится в зависимости от Англии, то большинство'всегда будет против Гитлера. Лига Наций всегда будет клеймить его, как «черного барана». Лига Наций — это гигантский орган по пропаганде вооружения демократий; она была создана для того, чтобы помешать Германии встать на ноги, равно как Малая Антанта была создана для того, чтобы не допустить Венгрию встать на ноги. Каждое государство, которое выходит из Лиги Наций, дает ей тем самым пинок. Хорошо бы, чтобы этому примеру последовали и другие государства. Чем слабее Лига Наций, тем обременительнее она становится для малых государств.

Чаки заявил, что, согласно сведениям из достоверных источников, после выхода Венгрии ее примеру вскоре последуют скандинавские страны; эти страны предпочитают остаться нейтральными.

По мнению фюрера, Лига Наций может в любой подходящий момент повернуть против нас; поэтому наша задача состоит в том, чтобы подрывать ее авторитет. Лига Наций может оказать лишь неблагоприятное влияние на вопрос о пересмотре границ. Она подходит к пересмотру на основании § 19, что делает пересмотр невозможным. Лига Наций саботирует разумное урегулирование в Европе. Затем фюрер вновь указал на важность толкового, продуманного и точного согласования действий.

Чаки упомянул еще один момент, а именно то, что со времени Мюнхена Венгрия научилась мыслить по-иному. Романтическая идея экспансии во всех направлениях рассеялась. Достаточно, если удастся объединить всех венгров. «Мы чувствуем, что каждое национальное меньшинство, живущее внутри наших границ, ослабляет нас». Фюрер согласился с ним, а затем сказал, что в Германии все чехи освобождены от военной службы. Мы отказались от использования в нашей армии лиц чуждой национальности.

Лица, относящиеся к нашей собственной национальности, не только имеют привилегию управлять народом, но должны также нести перед этим народом определенные обязанности.

В этой связи был затронут и еврейский вопрос. Чаки спросил, нельзя ли разрешить эту проблему в международном плане. Румыния обратилась к нему с предложением решить этот вопрос совместно. Фюрер рассказал о плане решения этой проблемы финансовым путем. Ему одно ясно, что евреи все до одного должны исчезнуть из Германии. Он напомнил ответ, который Муссолини дал американскому послу, проявившему интерес к еврейскому вопросу. По его словам, еврейский вопрос существует не только в Германии. Германия поддержит любое государство, которое включится в эту борьбу.

В заключение фюрер просит графа Чаки передать регенту привет и по-здравления по поводу успехов, достигнутых в 1938 г.

A németek magyarországi politikája titkos német diplomáciai okmányokban, 73—82 old, 25 sz. irat.


1.Ссылка на назначение Белы Сент-Иштвани посланником в Нидерландах.
2.Граф Иштван Бетлен в статье, опубликованной в газете «Pesti Hírlap» от 1 января 1939 г., критиковал внешнеполитические шаги Германии в вопросе о Закарпатской Украине.
3. Речь идет о мюнхенском соглашении.
4.Гитлер намекал на соглашение Венгрии с Малой Антантой, заключенное 23 августа 1938 г. на конференции в Бледе. Что касается обвинения Гитлера в содействии Малой Антанте «стать на ноги», то они беспочвенны. Каня даже и не помышлял оказывать содействие Малой Антанте. На конференции в Бледе Каня на практике осуществил подсказанный нацистской верхушкой принцип «разделяй и властвуй». Он пришел к соглашению с Югославией и Румынией и всячески саботировал заключение соглашения с Чехословакией.
5.На полях около этой фразы черным карандашом написано: «Сопоставить с древней Германской империей».
6.До конца сентября 1938 г. вокруг этого шла дискуссия, но при существовавшем тогда соотношении сил на международной арене еще не решались пойти на территориальный раздел Чехословакии. Для того чтобы]избежать войны, решено было придерживаться этнографического принципа, руководствуясь тайным намерением в подходящий момент пренебречь этим принципом и полностью аннексировать Чехословакию.
7.Гитлер явно намекает на попытку Венгрии захватить 21 ноября Закарпатскую Украину
8.На полях чернилами написано: «Мемель».

Документ №82 Документ №84