Венгрия между двумя войнами. 1919-1944
Вторая мировая война
Документы Министерства иностранных дел Германии : Выпуск I. Германская политика в Венгрии (1937-1942 гг.).
Документ №40 Документ №42

№41.

Берн, 18 марта 1942 г

КЕХЕР-МИНИСТЕРСТВУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ 1

ГЕРМАНСКАЯ МИССИЯ
№ 1728
Министерству иностранных дел,
Берлин

ПОЛИТИЧЕСКИЙ ДОКЛАД

Секретно !

Содержание: Венгерско-румынские противоречия

между обоими государствами и Великобританией.

Один дружественно настроенный к нам дипломат, который согласно своей общей установке во всяком случае не может питать особых симпатий к Венгрии, при условии строгого хранения тайны сообщил мне следующие данные о попытках Венгрии достигнуть понимания положения Венгрии со стороны англичан.

По его словам, приблизительно 3 недели тому назад в Швейцарии происходили экономические переговоры с Венгрией. Три члена венгерской экономической делегации провели некоторое время в Цюрихе и при этом через одного бывшего австрийского промышленника довели до сведения англичан некоторые данные о политическом положении Венгрии. Всем хорошо известно, что Англия с самого начала относилась с известным пониманием к Венгрии. Действительно, Венгрия не могла сделать ничего другого, как присоединиться к державам оси. Подобная политика была выгодной для Венгрии, так как она снова получила значительную часть потерянных ранее областей. Однако теперь немцы предъявили счёт и потребовали, чтобы Венгрия предоставила в их распоряжение войска в количестве около миллиона человек для предстоящего наступления в целях разгрома Советской России. Немцы знают очень хорошо, что венгры хорошие солдаты, и поэтому придают большое значение военной помощи Венгрии. Немцы указывали на то, что при наличии 14 млн. жителей для Венгрии не будет чрезмерным бременем выставить миллион солдат. При этом немцы указали на достойные внимания усилия Румынии, которые она уже приложила к борьбе против общего большевистского врага. Однако ещё с того времени, когда лорд Ротермир выступил в защиту венгерских претензий на пересмотр условий последнего договора, между Венгрией и Великобританией имеются значительные симпатии друг к другу. Поэтому здесь придают большое значение тому, чтобы англичане создали себе ясное представление о стеснённом положении Венгрии.

Я попытаюсь узнать более подробно о членах венгерской экономической делегации, которые якобы участвовали в этой попытке установить контакт.

В связи с этим интересен тот факт, что после объявления Англией войны в Лондоне было организовано нечто вроде объединения свободных венгров, которыми руководят бывший венгерский советник посольства в Лондоне и Вашингтоне фон Балаши и бывший лондонский корреспондент «Пестер Ллойд». Между тем, по сообщению нашего дипломатического доверенного лица, это объединение, как и ряд других эмигрантских объединений, перенесло центр тяжести своей деятельности в Вашингтон. В Вашингтоне имеется больше возможностей для деятельности так называемых свободных венгров, так как, хотя Венгрия и объявила войну Америке, Америка воздержалась от подобного шага.

Следует отметить, что эти сообщения дружественного нам дипломата, который, однако, как уже упоминалось, не может объективно судить о поведении Венгрии, подтверждаются, правда, также не вполне достоверными сообщениями здешнего венгерского посланника фон Веттштейна. Согласно этим сообщениям, пребывающий в настоящее время в Женеве бывший румынский министр иностранных дел Гафенку, который в последнее время занимал пост румынского посланника в Москве, получил от своего правительства задание «добиться у англичан понимания положения Румынии»

Как констатировало наше консульство в Женеве, господин Гафенку действительно, повидимому, намеревается пробыть в Женеве довольно продолжительное время, так как он снял себе квартиру, в которой уже неоднократно устраивал приёмы. Господин Гафенку имеет в Женеве многочисленные связи личного характера, так как он воспитывался в западной Швейцарии.

Господин фон Веттштейн, делая свои сообщения, имел перед глазами донесения своего генерального консула в Женеве, часть которых он перевёл моему сотруднику. Генеральный консул Реньей сообщил о большой активности супругов Гафенку в женевских кругах, которые по своим взглядам близки нашим противникам. Он даже утверждает, что британский консул присутствовал в доме Гафенку во время торжественного приёма. Мне кажется, что к этим сведениям необходимо подходить критически, так как в таком городе, как Женева, никак не могло бы остаться неизвестным, если бы британский консул присутствовал в доме бывшего румынского министра иностранных дел во время торжественного приёма. В сообщениях венгерского посланника ясно чувствовался тот оттенок горечи и озлобления, который слышится в словах каждого венгра, говорящего о Румынии.

До того, как господин Гафенку отправился в Женеву, он посетил Берн и лично нанёс мне визит. Затем я пригласил его с женой на музыкальный вечер в моём доме. В беседе со мной и с моими сотрудниками его высказывания с политической точки зрения не вызывали возражений. Опыт, которого господин Гафенку набрался в Москве, едва ли настроит его дружественно по отношению к англо-саксонским союзникам Советов.

Один из моих сотрудников, который до начала войны находился при посольстве в Лондоне, сообщил мне о посещении господином Гафейку Лондона в конце марта 1939 г. Гафенку прибыл тогда из Германии, где он был принят фюрером. Его отношение к британской политике было вполне критическим, и это тем более примечательно, что тогдашний румынский посланник в Лондоне Тилеа как раз в это время произвёл на свет измышление об экономическом ультиматуме, предъявленном Румынии Германией. О событиях, сопровождавших это посещение, говорится в телеграмме нашего тогдашнего посольства в Лондоне от 19 марта 1939 г., опубликованной под № 27 во второй белой книге германского правительства. Тот факт, что посланник Тилеа получил тогда от своего начальника Гафенку строгий выговор, свидетельствует о том, как строго господин Гафенку осудил то пособничество, которое Тилеа оказал лондонским кругам сторонников войны.

Я объединил все полученные мною сообщения о якобы имевших место попытках Венгрии и Румынии втереться в доверие к англичанам, так как внутренняя связь этих попыток не кажется мне невозможной.

Оба союзника, сражающиеся на стороне оси, так рассорились между собой, что каждый старается рассказать всем своим друзьям и врагам побольше плохого о своём противнике. Я уже имел случай сообщить о подпольной борьбе, которую стремятся вести венгерская и румынская пропаганда на территории Швейцарии.

В сообщении отдела прессы (П. 4297 от 9 марта) говорится о сообщениях заместителя румынского премьер-министра германскому посольству в Бухаресте, согласно которым Венгрия ведет в Швейцарии пропаганду не только против Румынии, но и против Германии. Я до сих пор не заметил никакой антигерманской венгерской пропаганды в Швейцарии. Кроме того, господин фон Веттштейн является столь убеждённым другом Германии, что он наверняка не приложит своих рук к подобным интригам.

В заключение я сообщаю, что доказательств для полученных утверждений о тайных отношениях между Венгрией и Румынией и Англией не имеется. Я, однако, продолжаю стараться более близко расследовать это дело. Вполне 'возможно, что каждый из враждующих братьев старается с помощью подобных нашёптываний настроить нас против другого. Если даже подобные отношения действительно существуют за нашей спиной, то не последнюю роль играют в этом скрытые венгерско-румынские противоречия.

КЕХЕР

Документы Министерства иностранных дел Германии : Выпуск I. Германская политика в Венгрии (1937-1942 гг.). — М.: ОГИ3 Государственное издательство политической литературы, 1946. — 129-134стр

Документ №40 Документ №42